Пожелтевшие страницы: клоун, которому одиннадцать сезонов подряд рукоплескала требовательная ленинградская публика - Борис Вяткин

Мальчик Боря, родился 19 апреля (2 мая) в Пензе под скрип сапожного ножа в 1913 году в семье пожилого сапожника и молодой мещанки. В годы Гражданской войны судьба забросила Вяткиных в Томск, где легкомысленная мамаша влюбилась в молодого лихого красного кавалериста и сбежала с его полком, бросив старого мужа и двух маленьких детей: дочь Зою (1911) и сына Борю. Младшую девочку пришлось отдать в детский дом, а сына отец забрал с собой в деревню Вяткино расположенной в Алтайском крае, что раскинулась на берегу реки Обь, в ста с лишним верстах от Барнаула. Отсюда, видимо, пошла их фамилия. Отец любил сына, сам обучил его игре на балалайке, подарил инструмент, делал все, чтобы сын успешно учился. Мальчик рос крепким. Прочел в каком-то журнале, что надо развивать силу и ловкость, приладил палку над дверью наподобие турника, освоил разные упражнения, научился висеть на носках вниз головой. Там Вяткин-старший вновь женился, и на свет появился еще один ребенок – мальчик Коля. В 1924 году Вяткин-старший скончался и Борис остался круглым сиротой. Его мачеха, Мария Степановна, была хорошей, душевной женщиной, но ей было трудно растить двух детей без кормильца. Поэтому они переехали к ее родственникам в село Колывань, где мачеха стала работать в шапочной мастерской, а Бориса отдали учиться в пятый класс. Летом 1926 года мачеха с детьми перебралась жить в город Новосибирск.

В 13 лет Боря впервые попал в большой Сибирский город. Это был Новосибирск. И там мальчик увидел цирк! Судьба подарила ему первый билет - не в детство, а в мечту. Первый балаган появился в Ново-Николаевске в конце 1899 года, бродячие артисты давали представления в палатках на Базарной площади. С 1904 года в Новосибирске строились каркасно-засыпные цирки, представляющие собой деревянные шатровые круглые здания. Вокруг арены стояло два ряда кресел, далее располагались ложи, за ними – скамейки и, наконец, галерка. Вход на галерку был прямо с улицы. В 1904-1929 годах цирки принадлежали своим хозяевам и назывались в их честь, всего насчитывалось 11 цирков во всем городе.

Госцирк ГОМЭЦа, 1930-г. Новосибирск

«В центре города стояло круглое деревянное сооружение с высоким куполом… Я сидел на галерке на вечернем представлении, оглушительно хлопал после каждого номера и окончательно осознал, что никем, кроме как артистом цирка, мне не суждено стать. Прошло с того дня почти полвека, а я до сих пор помню почти всю программу. Мне понравились очень смешные буффонадные клоуны. Удивил меня чревовещатель Бавицкий, который разговаривал со своим партнером – куклой Андрюшей, каждое слово их комического диалога вызывало раскаты смеха. Восхитили дрессированные лошади замечательного русского артиста Ивана Абрамовича Лерри, воздушные гимнасты Мария и Александр Ширай, работавшие на жестких качелях. Но наибольшее впечатление произвели партерные акробаты под руководством Александра Ширай. Меня поразили их редкие по красоте фигуры (в этой группе тогда работал известный ныне руководитель коллектива акробатов-прыгунов народный артист РСФСР Венедикт Беляков), артистичность, легкость в подаче сложных трюков. Я решил, что непременно стану акробатом!..»

Дрессировщик лошадей Иван Абрамович Лерри (настоящая фамилия – Легалов) с дочерью

Навсегда запомнил мальчик ту первую программу и тех артистов. В начавшемся учебном году особенно охотно занимался на уроках физкультуры, а вечерами посещал акробатический и струнный кружки. И без конца мечтал о цирке. Ведь это такая радость – постоять у цирка, увидеть хотя бы издали артистов… Именно тогда цирк навсегда поселился в его сердце.

Буффонадные клоуны Жак и Мориц

Вспоминает Б. Вяткин: «Я хотел быть акробатом, но также присматривался и к работе клоунов. В те годы в Новосибирске выступали буффонадные клоуны Жак и Мориц (обрусевший итальянец Д.П. Демаш и Г.З. Мозель). В 1933 году в одном из сибирских цирков в Омске Демаш и Мозель встретились, и Демаш, который углядел в Мозеле талант Рыжего, уговорил его стать Рыжим клоуном. Так образовался дуэт Жак и Мориц. Исполняли они классические антре – сюжетные клоунские сценки. Наибольшим успехом пользовалась сценка «Толкователь сновидений». В ней обличались жулики-прорицатели, использующие доверчивость суеверных людей. Пока Белый клоун – Д.П. Демаш спал, а затем вспоминал свой сон, Рыжий клоун – Г.З. Мозель, толкуя этот сон, съедал праздничный ужин Белого. Клоуны исполняли классические антре - сюжетные клоунские сценки («Печенье» «Курс лечения», «Садится - не садится» и др.). Разве мог я тогда предположить, что двадцать лет спустя мне доведется встретиться с Жаком и Морицем на манеже Ленинградского цирка? И не просто встретиться, а вместе с ними исполнить немало антре и реприз, стать полноправным партнером больших мастеров клоунады, многому у них научиться. Дуэт просуществовал на арене ровно 30 лет (в конце жизни они работали в Ленинградском цирке до 1963 года). Из коверных клоунов незабываемое впечатление на меня произвел Генри Лерри (Кенсарин Иванович Лерри), сын известного артиста И.А. Лерри».

Но радости без печали не бывает. Мачеха заболела, потеряла работу и, плача, попросила Борю начать самостоятельную жизнь: двоих детей, ей, безработной, не прокормить. Тринадцатилетний мальчик увидел в гостинице объявление: «Требуются швейцары» - и смело пошел предлагать свои услуги директору. Узнав, что мальчишка претендует на «солидное» место швейцара, тот долго смеялся, а потом, порасспросив, предложил вечерами работать гардеробщиком, чистильщиком обуви, а заодно подносить постояльцам чемоданы. За эту разностороннюю деятельность паренек получил чуланчик под лестницей и хотя мизерную, но зарплату. И мог днем посещать школу. Все свободное время Боря отдавал самостоятельным занятиям акробатикой. Через год отправился в цирк, продемонстрировал свои достижения (сальто, стойку на руках, «колесо» через всю арену), но там ему посоветовали окончить 8 класс и оставить мечту о цирке. Учение Боря продолжил, но о манеже мечтать не перестал. Чтобы стать пластичнее, поступил в самодеятельную балетную студию. Но очень уж агитировал студийцев в пользу цирка, показывая стойки и разные «колесики», чем вызвал гнев преподавательницы «святого искусства», и был ею изгнан с нелестным комментарием, назвав его «варваром», выставила за дверь. О цирке он мечтал с самого детства – сначала, когда увидел комиков Пата и Паташона, Чарли Чаплина, Гарольда Ллойда и Макса Линдера в кино и даже написал в сочинении на тему «Кем я хочу стать?» Борис написал: «Артистом цирка». Школу он окончил, при этом не похоронив мечу – она лишь закалилась, как сталь.

В цирке познакомился с гимнастом Кравченко, показал ему все, чему обучился самостоятельно за последний год. Гимнаст откровенно сказал Борису, что способности у него есть, но все, что он делает, очень «не школьно». Надо много тренироваться, репетировать. И дал совет: пока хорошо бы устроиться в цирк униформистом, а дальше будет видно. Пообещал поговорить о его кандидатуре с директором. Мальчик на радостях побежал и уволился из гостиницы. Вернувшись в цирк, узнал, что вакансия будет, но не очень скоро. И Борис оказался без крыши над головой. Где жить, на что? С трудом устроился банщиком в баню – она находилась рядом с цирком. Утешало, что сделал еще шаг к заветной цели: от бани до цирка было ближе, чем от гостиницы.

И все-таки в 1930 году он стал униформистом в Новосибирском цирке. Артисты с симпатией относились к расторопному услужливому юноше, охотно помогали осваивать цирковые жанры. Он занимался всем, кроме дрессировки. Прошло два года. И вот судьба улыбнулась ему. От турниста Николая Никольса ушел партнер-комик. Никольс предложил Борису репетировать на двойном турнике. Если получится, будут работать вместе. У Бориса получилось! Никольс раздобыл ему чаплинский котелок, тросточку, помог наложить грим и буквально вытолкнул на манеж. 11 мая 1932 года Вяткин стал артистом цирка. Вернее, в этот день он дебютировал: чаплинский котелок, тросточка, грим и дрожь в коленях. Никольс после каждого выступления разбирал ошибки – школа была жёсткой, но бесценной. Казалось, жизнь наладилась.. Артистом стал значительно позже. Для этого ему пришлось немало потрудиться. Опытный партнер, Никольс, после каждого выступления устраивал краткий разбор номера, и это очень помогало начинающему артисту совершенствовать мастерство. Он получал истинное удовольствие от труда. Жизнь стала интересной, радостной.

С каждым выступлением Вяткин обретал уверенность - пока учитель не предал его дважды. Ослеплённый любовью, Никольс ввёл в номер свою хрупкую жену: теперь она должна была ловить Вяткина, летящего с шестиметровой высоты. Уже на репетициях было ясно - девушка едва удерживает его. Но Никольс упрямо гнал к премьере. В итоге этот роковой трюк закончился падением Бориса, который раздробил плечо. «Шоу должно продолжаться» - таков был его последний урок.

Пока лечился, не мог работать. Вяткин оказался без денег и без поддержки, пришлось продать недавно купленное первое модное пальто. Но разве это конец? Для того, кто прошёл путь от чулана под лестницей до манежа, преграды – лишь повод для нового трюка. А что впереди? На его счастье, в цирк приехал коверный клоун Михаил Кульман, оставшийся недавно без партнера. Вяткин и Кульман договорились о совместной работе.

Кадры из фильма «Арена смелых» (1953) Борис Вяткин, Мосфильм

В 30-е годы еще многие артисты работали не в государственных цирках, а объединялись в группы и заключали контракты с администрацией клубов и залов без всяких гарантий. Если публика не шла и сборов не было, артисты бедствовали. Так «2-Мишель-2» гастролировали с группой артистов по Средней Азии. Во Фрунзе (ныне - Бишкек) труппа их полностью «прогорела», артисты продали все, что могли и полуголодные решили отправиться в ближайший город Токмак. Но денег на дорогу не наскребли, пришлось воспользоваться собственными транспортными средствами. Сели на цирковых лошадей и, держа в руках узлы с реквизитом, проскакали по степи шестьдесят с лишним километров. В цирковых костюмах, черные от пыли, полуголодные, въехали в город. Детишки кричали: «Ура, цирк приехал!». Все думали, что это такая цирковая кавалькада для рекламы будущих выступлений. И никому из встречающих не пришло в голову, что трико с блестками и клоунские балахоны надеты не для рекламы, а потому что других костюмов у артистов не осталось – их за бесценок продали на барахолке во Фрунзе.

Кадры из фильма «Арена смелых» (1953) Борис Вяткин и Галикс Колчицкий, Мосфильм

До 1934 года Вяткин вместе с Кульманом кочевали по городам и весям страны, но затем пути их разошлись. Партнером Бориса стал бывший эквилибрист на першах Алексей Казаченко. Они исполняли традиционный репертуар: акробатические комические репризы, пародийные шутки, клоунады с водой, иллюзионные антре. Зрители принимали их хорошо, в газетах появлялись положительные рецензии. Во время гастролей клоунского дуэта по Дальнему Востоку Борис Вяткин встретил и полюбил молоденькую девушку, вскоре Галина стала его женой. Не имевшая никакого отношения ни к спорту, ни к цирку, Галина после полутора лет усиленных тренировок стала профессиональной акробаткой. Вместе с мужем они подготовили номер силовой акробатики, при этом оба могли работать за «верхнего» и за «нижнего», чередуя трюки.

До 1934 года Вяткин и Кульман метались между городами. Выступали в паузах между номерами, показывая старинные антре: «Печенье», «Пчела, дай мёд», акробатические комедийные репризы «Живой - мёртвый», «Шапочка» и другие. Но дуэт распался из-за скандала. Кульман, выйдя на манеж нетрезвым, уронил Вяткина во время трюка, а затем дал ему пощёчину за случайный удар локтем по носу. Вяткин ответил кулаком. После этого инцидента партнёрствовать дальше было бессмысленно. Позже Кульман бросит цирк, уйдя заведовать иркутской пивной, но всё же найдёт в себе силы вернуться на манеж.

Кадры из фильма «Арена смелых» (1953) Борис Вяткин, Мосфильм

Далее - работа с эквилибристом Алексеем Казаченко. Их дуэт стал настоящим открытием: акробатические шутки, ослепительные водные фейерверки, пародийные антре - все это покоряло зрителей и критиков. В сентябре 1937-го Вяткина наконец-то зачислили штатным артистом Главного управления цирками. Но он едва не сменил манеж на тюремные нары. Во время выступления в пограничной части офицер заподозрил его в шпионаже из-за записной книжки с маршрутами гастролей. Бориса чудом отпустили – то ли заступились коллеги, то ли просто повезло.

Началась война. Многих артистов призвали в армию. Вяткины гастролировали тогда в Комсомольске-на-Амуре, программа оказалась без коверного. Дирекция обратилась к Борису с просьбой выручить коллектив и выйти на манеж в роли коверного. Он дал согласие. И вышел, но не один, а со своей любимой собакой Крошкой. Она демонстрировала свои разнообразные таланты, зрители Комсомольска приняли их замечательно.

…Вяткин одну за другой посылал в Москву телеграммы с просьбой направить их на фронт для выступлений перед бойцами. В августе 1942 года их вызвали наконец в Москву, чтобы направить во фронтовую цирковую бригаду. В этом же месяце Борис, Галина и Крошка вместе с другими артистами отправились в первую фронтовую поездку. На фронте Вяткин вел дневник. В нем можно прочесть, что за все время работы на фронте их бригада дала более полутора тысяч концертов. Выступали перед летчиками, танкистами, разведчиками, на передовой, в госпиталях, на грузовиках, оборудованных «под сцену», на полянках и в лесочках. Вяткин называл себя не клоуном у ковра, а клоуном возле узенькой дорожки. Не раз попадали под обстрелы и бомбежки, в любую погоду давали по три-четыре концерта. Получил контузию. В 1945, уже после окончания войны, продолжали выступления в воинских частях, в Москву вернулись только в августе сорок пятого. Работа во фронтовых бригадах наложила на Вяткина-коверного особый отпечаток. Привила ему любовь к экспромтам, к острой шутке, к сатирическим сценкам. Вполне понятно, к а к воспринимали воины сценку о «Бесноватом фюрере», а позже – о «Драпающем фрице». Но неменьшим успехом пользовались шутки иного рода.

В 1943 году давали концерт под Гжатском на открытом воздухе. Зрители уселись, но артистов попросили задержать концерт, так как командир полка задерживался. Вот он появился, раздалась команда «Встать!». Все встали, приветствуя полковника, сели, концерт начался. Вяткина тут же посетила идея. Он схватил собаку под мышку и появился оттуда, откуда пришел командир. «Встать!» – закричал клоун дурным голосом. Зрители вместе с полковником встали, оглянулись. А комик командует: «Садись! Это мы с Крошкой пришли!». Такого шквального хохота клоун не ожидал…

Для солдат выступления цирковых артистов были глотком свежего воздуха. Однажды после концерта раненый младший лейтенант признался Вяткину, что хотел застрелиться после того, как ему ампутировали ногу, но выступление артистов вернуло веру в жизнь.

Коверный придумал и другие репризы. В дождливую погоду Крошка уморительно чихала по знаку хозяина, и тот комментировал: «Простудилась, бедняжка, ноги-то босые!». Или задавал ей вопрос: «Покажи, Крошечка, что на фронте самое главное?». Собака начинала рыть землю лапами, а клоун пояснял: «Правильно, главное – хорошо окопаться!». Но однажды Крошка чуть не подвела своего партнера. Вместо того, чтобы чихнуть, задрала голову и стала громко принюхиваться. Клоун подает ей знак, а она знай нюхает воздух. Ведущий, чтобы разрядить затянувшуюся паузу, спросил: «Борис Петрович, к чему это она принюхивается?». Вяткин экспромтом ответил: « Разнюхивает, где Военторг расположен». Не очень уж остроумная эта шутка вызвала долгий нестихающий смех. Оказалось, Крошка стояла вблизи начальника Военторга! Пришлось выдать ей дополнительный паек за «соавторство». Артист прошел всю войну и встретил победный день 9 мая с супругой в немецком Троппау (ныне – город Опау в Чехии), где давали концерт на стадионе для артиллеристов, а в Москву вернулись только в августе – с демобилизованными солдатами. Борис Вяткин был награжден орденом Отечественной войны II степени, орденом «Знак Почёта» и медалью «За боевые заслуги». Мирную послевоенную жизнь Борис Вяткин начал в Риге, работал в Рижском цирке. Мастер верил: клоунада должна идти в ногу со временем.

На сезон 1947-48 года клоуна пригласили в Ленинградский цирк. Вяткин был очарован красотой осеннего Ленинграда, завидовал жителям прекрасного города, не подозревая, что ему предстоит одиннадцать лет жить и работать здесь, что позже этот город станет его второй родиной.У Вяткина еще будут гастроли в Москве и тесное сотрудничество с режиссером М.Местечкиным, он объедет всю страну, побывает во многих странах мира, но Ленинградский цирк для артиста Вяткина – это не просто место его работы, а режиссер Георгий Семенович Венецианов – наставник и постановщик его клоунад. Этот цирк и Венецианов для Вяткина – его университеты в искусстве.

Г.Венецианов создал постоянную клоунскую группу, в которую помимо Вяткина вошли клоуны-буфф Д.Демаш и Г.Мозель, молодые артисты-комики И.Тряпицын и В.Орлов. Венецианов привлек известных писателей и драматургов к созданию репертуара. Художники Т.Бруни, В.Гальба и М.Гордон ведали художественным оформлением. Артисты, писатели и художники вместе обсуждали темы, сценарии, фантазировали, придумывали трюки. Работал «смехотворческий комбинат» с полной самоотдачей, создали несколько спектаклей: «Выстрел в пещере», «Праздник на воде» (в последнем Вяткин играл роль царя морей - Нептуна). Подготовили множество комических, остросатирических сценок для Бориса Вяткина. Ведь если артист работает в цирке одиннадцать сезонов, он должен постоянно обновлять репертуар. Прежде чем рассказать о новых работах коверного, следует упомянуть, что его партнершей, заменившей Крошку, стала ее дочь Манюня. Это имя так нравилось зрителям, что все собаки, выходившие на манеж с Вяткиным, с этих пор назывались только Манюнями. Озорная маленькая собачка Манюня, партнерша Бориса Вяткина, стала такой же знаменитой, как и Клякса, работавшая с легендарным Карандашом. За тридцать лет, с 1946 по 1976 год сменилось восемь Манюнь. Рыжая шерсть «родоначальницы» рода Манюнь идеально гармонировала с рыжим париком хозяина-клоуна, и все зрители, особенно дети, были в восторге от ее выкрутас. Чего она только ни делала! Изображала секретаршу, которая снимает телефонную трубку и крутит телефонный диск, «работала» начальником охраны «Мясного склада», унося оттуда вместе со своими сценическими родственниками-собачками колбасы и сосиски.

По сценарию Г.Янгфельда, изложенному на трех страницах, Венецианов вместе с Вяткиным создали смешную репризу «Мясной склад», где от сценария осталось всего шесть реплик. Так работал их «смехотворческий комбинат» - одни подавали идеи, писали сценарии, другие превращали их в цирковые произведения. А на «Мясном складе» происходили интересные вещи: Манюня устроилась начальником охраны. Выходила на манеж в тулупчике, с берданкой на плече, важно обнюхивала замки на домике-складе – проверяла их. Забиралась в домик. Следом за ней ныряли еще пять собак.

Потом по очереди выбегали из домика, неся в зубах окорока, палки колбас. Последней бежала Манюня с гирляндой сосисок. Клоун пояснял, что Манюнька пристроила на работу всех своих родственников. А принял их на работу директор. Тут из форганга появлялся важный осел в шляпе и очках, которому коверный говорил: «Шляпа ты, а не директор», – и шлепком прогонял его с манежа. Сценка, разоблачавшая хапуг, была злободневна и всегда имела успех.

Второй женой Бориса Вяткина стала Ада (Ариадна) Фелисеева, ученица конно-акробатической студии – они познакомились во время гастролей и больше не расставались. В 1949 году в Саратове у них 14 апреля родился сын Борис Вяткин-младший, который, как и родители, связал свою судьбу с цирком, прославился как выдающийся атлет и силовой жонглер. В 1968г закончил училище эстрадного и циркового искусства. Антропометрия: рост 178 см, грудная клетка 120 см, голень 42 см, соревновательный вес 83 кг, талия 79 см, жим лежа 120 кг, бицепс 42 см, бедро 68 см.

Среди публики имел широкий успех благодаря своему атлетическому телосложению, которое, как следует из некоторых сохранившихся описаний, вызывало чрезвычайно большой ажиотаж, выступал в Цирке очень долго.... Отличительной особенностью номеров являлось позирование в культуристическом стиле, когда Вяткин, под аплодисменты публики, демонстрировал различные позы, заимствованные со сцены соревновательного бодибилдинга. Был на гастролях: Сирия, Ирак, Япония, ГДР, Индонезия, Финляндия. Сам Борис был не понаслышке знаком с атлетизмом, являлся первым чемпионом Ленинграда, становился серебряным призером "Международного конкурса 1968" проходившего в латвийском городе Каунас. В 2009 году Борис Вяткин-младший скончался в возрасте 60 лет. Похоронен в городе Санкт-Петербург на Большеохтинском кладбище. Несомненно, один из самых одаренных атлетов в культуризме в конце 60-х середины 70х годов.

4 июля 1953 года в Москве состоялась премьера документального фильма «Арена смелых» (Ring of Daring), в картина-представление с участием лучших молодых мастеров советского цирка: Олег Попов, Эдуард Середа, Борис Вяткин, Виолетта Кисс, Александр Кисс, Ирина Сидоркина, Хосров Абдуллаев, Гитана Леонтенко, Сергей Степанов (V), Акрам Юсупов, Камалджан Ташкенбаев. Совместная работа режиссёров Сергея Гурова и Юрия Озерова. Фильм представляет собой экранизацию циркового представления, фильм-концерт. Фильм был активно показан за рубежом: в Италии (на фестивале в августе 1953), затем в Венгрии (12 ноября 1953), Финляндии (27 ноября 1953), США (19 декабря 1953), Аргентине (5 января 1954), Швеции (23 октября 1955), Франции (21 декабря 1955). О. К. Попов в фильме демонстрировал свои комические номера – «Эксцентриада на свободной проволоке», «Повар-жонглёр» и фрагменты реприз совместно с клоунами Э. И. Середой и Б. П. Вяткиным. Фильм был отмечен Призом за лучший документальный фильм на МКФ в Венеции - Серебряная медаль 4-го Международного фестиваля документальных фильмов.

Б.Вяткин написал книгу «Жизнь клоуна», в ней он не только рассказывал о своем творчестве, но высказал взгляд на секрет клоунского успеха у зрителей. Артист считал: «Следует не только годами оттачивать уже выпущенные номера, но и постоянно создавать новые, созвучные времени». И поэтому после удачной посадки на Луне советской космической станции он тут же откликнулся репризой «Мягкая посадка». Когда в Ленинграде началось бурное строительство блочных домов, у Вяткина в репертуаре появилась реприза на тему о безобразном строительстве, о домах, где невозможно жить людям. В этом ли задача клоунады – критиковать плохих строителей, лихачей-автомобилистов, разбивающих в лепешку свои и чужие машины, осуждать штурмовщину на предприятиях? Наверное, Карандаш в сценке с разбивающейся Венерой и Леонид Енгибаров в «Боксе», отчаянно отстаивающий достоинство маленького человека, достигают иных вершин в искусстве клоунады. Но Вяткин, отдавая дань своему времени, шел другим путем и делал это очень искренне.
Свою книгу клоун-акробат, клоун-сатирик, клоун-дрессировщик опубликовал в 1975 году. В ней он писал, что несмотря на пенсионный возраст, никак не может расстаться с манежем, с любимыми зрителями. Завершалась она словами: «Моя книга окончена, представления продолжаются».

Последний раз для ветерана ВОВ Народного артиста РСФСР Бориса Петровича Вяткина занавес опустился 02 января в 1994 году, его не стало. Похоронен в Санкт-Петербурге на Большеохтинском кладбище. Но для тех, кто видел его номера, слышал его заразительный смех и наблюдал, как его Манюни «воровали» колбасы под одобрительный гул зала, Вяткин навсегда остался тем самым клоуном - вечно юным, остроумным, неутомимым мастером превращать жизнь в праздник. Его цирк не закрылся - он просто ушёл на антракт. 19 апреля 2026 года артисту цирка Борису Петровичу Вяткину исполнилось бы – 113 лет.

Материал к публикации на основе информации открытых источников подготовил Андрей Ахрамович